Морфология и философия культуры. Этапы истории мировой культуры от возникновения до V в. - Своеобразие культурологии как комплексной науки

Своеобразие культурологии как комплексной науки.

Культурология, комплексная наука, изучающая все аспекты функционирования культуры, от причин зарождения до различных форм исторического самовыражения, стала одной из наиболее существенных и бурно развивающихся гуманитарных учебных дисциплин в последние 10-15 лет, что, несомненно, имеет свои, совершенно очевидные причины. Предметом культурологии является культура, а явно обозначившийся интерес к феномену культуры, легко объясняется определенными обстоятельствами. Попытаемся охарактеризовать некоторые из них.

1. Современная цивилизация стремительно преображает окружающую среду, социальные институты, бытовой уклад. В этой связи культура привлекает к себе внимание как неиссякаемый источник общественных нововведений. Отсюда стремление выявить потенциал культуры, ее внутренние резервы, отыскать возможности ее активизации. Рассматривая культуру как средство человеческой самореализации, можно выявить новые неистощимые импульсы, способные оказывать воздействие на исторический процесс, на самого человека.

2. Актуален и вопрос о соотношении понятий культура и общество, культура и история. Какое воздействие оказывает культурный процесс на общественную динамику? Что принесет культуре движение истории? В прошлом социальный цикл был гораздо короче культурного. Человек, появившись на свет, заставал определенную структуру культурных ценностей. Она не менялась в течение столетий. В XX веке ситуация резко изменилась. Теперь на протяжении одной человеческой жизни проходят несколько культурных циклов, что ставит человека в крайне трудное для него положение. Все меняется так быстро, что человек не успевает осмыслить и оценить по достоинству те или иные нововведения и оказывается в состоянии потерянности и неуверенности. В связи с этим особую значимость приобретает выявление наиболее существенных особенностей культурной практики прошлых эпох во избежание моментов примитивизации современной культуры.

Всё вышеперечисленное далеко не исчерпывает причин, объясняющих бурное развитие культурологии в наши дни.

Постепенно формируется и терминологический аппарат этой науки, состоящий из категорий культурологии. Категории культурологии включают наиболее существенные понятия о закономерностях в развитии культуры как системы, отражают сущностные свойства культуры. На основании категорий культурологии ведётся изучение феноменов культуры.

Основными составными компонентами культурологии являются философия культуры и история культуры, области гуманитарных знаний, начавшие своё существование довольно давно. Слившись воедино, они и составили основу культурологии. В культурологических исследованиях исторические факты подвергаются философскому анализу и обобщению. В зависимости от того аспекта, на котором сосредотачивается основное внимание, создаются различные культурологические теории и школы. Философия культуры – раздел культурологии, изучающий концепции происхождения и функционирования культуры. История культуры – раздел культурологии, изучающий специфические черты культур различных культурно-исторических этапов.

Более новыми разделами культурологии, основные параметры которых продолжают формироваться до сих пор, являются морфология культуры и теория культуры.

Культура становится объектом пристального внимания исследователей в XVIII веке, веке Просвещения.

Немецкий философ Г.Гердер рассматривал человеческий разум не как врожденную данность, а как результат образования и постижения образов культуры. Обретая разум, по мнению Гердера, человек становится сыном Бога, царем земли. Животных он рассматривал как рабов природы, а в людях видел её первых вольноотпущенников.

Для Канта культура – инструмент подготовки человека к осуществлению нравственного долга, путь из мира природы в царство свободы. Культура, по Канту, характеризует лишь субъекта, а не реальный мир. Её носителем является образованный и нравственно развитый человек.

По Фридриху Шиллеру, культура состоит в примирении физической и нравственной природы человека: “Культура должна отдавать справедливость обоим – не только одному разумному побуждению человека в противовес чувственному, но и последнему в противовес первому. Итак, задача культуры двоякая: во-первых, охрана чувственности от захвата свободы, во-вторых, охрана личности от силы чувствований. Первого она достигает развитием способности чувствовать, а второго – развитием разума”.

У младших современников Шиллера – Фридриха Вильгельма Шеллинга, братьев Августа и Фридриха Шлегелей и др. — на первый план выдвигается эстетическая значимость культуры. Главным ее содержанием провозглашается художественная деятельность людей как средство божественного преодоления в них животного, естественного начала. Эстетические взгляды Шеллинга наиболее полно изложены в его книге “Философия искусства” (1802-1803), где отчетливо прослеживается стремление показать приоритет художественного творчества перед всеми другими видами творческой деятельности человека, поставить искусство и над нравственностью, и над наукой. Несколько упрощенно культура сводилась Шеллингом и другими романтиками к искусству, прежде всего к поэзии. Человеку разумному и нравственному они, в известной степени, противопоставляли мощь человека-художника, человека-творца.)

В трудах Гегеля основные виды культуры (искусство, право, религия, философия) представлены этапами развития “мирового разума”. Гегель создает универсальную схему развития мирового разума, в соответствии с которой любая культура воплощает определённый этап его самовыражения. “Мировой разум” проявляется и в людях. Первоначально в виде языка, речи. Духовное развитие индивида воспроизводит стадии самопознания мирового разума, начиная с “детского лепета” и заканчивая “абсолютным знанием”, т.е. знанием тех форм и законов, которые управляют изнутри всем процессом духовного развития человечества. С точки зрения Гегеля, развитие мировой культуры обнаруживает такую целостность и логику, которые не могут быть объяснены суммой усилий отдельных индивидов. Сущность культуры, по Гегелю, проявляется не в преодолении биологических начал в человеке и не в творческой фантазии выдающихся личностей, а в духовном приобщении индивида к мировому разуму, подчиняющему себе как природу, так и историю. “В развитии всеобщности мышления состоит абсолютная ценность культуры”, — писал Гегель.

Если исходить из культурологической схемы Гегеля, то в настоящее время человечество находится где-то на полпути между своим детским возрастом незнания и окончательным овладением “абсолютной идеей”, “абсолютным знанием”, определяющим и его “абсолютную культуру”. Несмотря на то что Гегель непосредственно культуре не посвятил ни одного труда, его взгляды можно рассматривать как одну из первых целостных и достаточно убедительных предкультурологических концепций. Гегель не только обнаружил общие закономерности развития мировой культуры, но и сумел зафиксировать их в логике понятий. В работах “Феноменология духа”, “Философия истории”, “Эстетика”, “Философия права”, “Философия религии” он, по сути дела, проанализировал весь путь развития мировой культуры. Такого до него не делал ни один мыслитель. Однако философия культуры Гегеля – это еще не культурология. В трудах Гегеля культура ещё не выступает в качестве основного предмета исследования. Гегель фактически заменяет понятие культуры понятием истории самораскрытия “мирового разума”.

Особый интерес для специалистов в области филологии и лингвистики представляют взгляды современника Гегеля — немецкого эстетика, языковеда и философа Вильгельма фон Гумбольдта, который использовал гегелевское понятие “духа” применительно к культуре отдельных народов. Он рассматривал каждую культуру как неповторимое духовное целое, специфика которого выражается главным образом в языке. Подчеркивая творческую природу языка как формы выражения национального духа, Гумбольдт исследовал его в тесной связи с культурным бытием народа. Работы Гумбольдта, в известной степени, знаменовали собой переход от преимущественно философского осмысления культуры (Вольтер, Руссо, Кант, Шиллер, Шеллинг, Гегель) к ее более предметному изучению.

Тем не менее работы, адекватные современному представлению о культурологии, появляются лишь во 2-ой пол. XIX века. Одной из таких работ можно, по праву, считать книгу англичанина Эдварда Бернетта Тайлора “Первобытная культура” (1871). Утверждая, что “наука о культуре есть наука о реформах”, он рассматривал культуру как процесс непрерывного поступательного развития. Тайлор дает одно из первых определений культуры обобщающего характера, которое считается и по сей день одним из наиболее объективных: “Культура или цивилизация в широком, этнографическом смысле слагается в своем целом из знания, верований, искусства, нравственности, законов, обычаев и некоторых других способностей и привычек, усвоенных человеком как членом общества”.

В 1869 и 1872 гг. появляются две работы, которые неизменно включаются сейчас в число наиболее существенных для курса культурологии. Это “Россия и Европа” русского исследователя Николая Данилевского и “Рождение трагедии из духа музыки” немецкого философа Фридриха Ницше. Здесь уже налицо все признаки настоящего культурологического исследования: материал по истории культуры философски интерпретируется и сопровождается выкладками общетеоретического порядка. А главное – культура и ее формы являются основным объектом рассмотрения. О взглядах Данилевского и Ницше на культуру речь пойдет в следующей главе. Нужно лишь отметить, что факт появления культурологических исследований еще не означал появления самой науки. Ни Данилевский, ни Ницше культурологами себя не называли, да и вряд ли подозревали о том, что становятся праотцами новой науки. Данилевский воспринимал себя скорее историком, хотя по образованию был биологом, а Ницше вполне естественно выступал как философ.

В дальнейшем исследование проблем, связанных с культурой, становится все более и более привычным. Ученые находят все новые и новые аспекты в этом поистине безграничном явлении. Вильгельм Дильтей выступает инициатором использования приемов герменевтики для понимания образов культуры. Он полагает, что метод объяснения не пригоден для исследования явлений, связанных с человеческим творчеством, и должен быть заменен более тонким и психологичным методом понимания. Герменевтика первоначально являлась методом классической филологии, позволяющим осмысленно толковать и переводить памятники древней литературы. Дильтей же предлагает с помощью этого метода исследовать культурные эпохи, воссоздавая их психологическую структуру. “Природу мы объясняем, – полагал Дильтей – а духовную жизнь (т.е. культуру – О.П.) мы понимаем”. Герменевтические разработки стали основой “духовно-исторической школы” в культурологии.

Георг Зиммель обращает особое внимание на конфликтные моменты в культуре рубежа XIX-XX вв., пытаясь дать им глубоко объективное объяснение. Предметом истории он считает эволюцию культурных форм, которая осуществляется в определенном направлении. В начале ХХ века с точки зрения философа происходит резкое отклонение линии развития культуры от прежних путей. В работе “Конфликт современной культуры” (1918) Зиммель объясняет характерное для данного исторического отрезка желание разрушить все старые формы культуры новыми тем, что в последние десятилетия человечество живет вне какой-либо объединяющей идеи, как это было вплоть до середины XIX века. Новых идей возникает много, но они столь фрагментарны и неполно выражены, что не могут встретить адекватного отклика в самой жизни, не могут сплотить общество вокруг идеи культуры. “Жизнь в своей непосредственности стремится воплотить себя в явлениях, но вследствие их несовершенства обнаруживает борьбу против всякой формы”, – пишет Зиммель, обосновывая свое видение причины кризисных явлений в культуре. Возможно, философу удалось открыть один из существеннейших показателей культурного кризиса как такового, а именно: отсутствие глобальной общественно важной идеи, способной сплотить все культуротворческие процессы.

Точка зрения Зиммеля крайне интересна ещё и потому, что высказана именно в тот период, когда культурология окончательно превращается в самостоятельную науку. Ощущение кризиса, характерное для оценки состояния культуры самыми разными мыслителями, в определенной степени предопределило завершение формирования науки о культуре. Формирование культурологии было завершено под воздействием ряда событий в европейской культуре. Они свидетельствовали о глубоком переломе в истории, равном которому не было в предшествующие столетия. Первая мировая война и революции в России, Германии, Венгрии, новый тип организации жизни людей, обусловленный индустриальной революцией, рост власти человека над природой и гибельные последствия этого роста для природы, рождение обезличенного “человека массы” — все это обязывало иначе взглянуть на характер и роль европейской культуры. Многие ученые так же, как и Зиммель, считали её положение крайне плачевным и уже не рассматривали европейскую культуру как некий культурный эталон, говорили о кризисе и распаде ее основ.

Вот что писал в конце 1915 г. русский философ Л.М. Лопатин о событиях того времени: “Современный мир переживает огромную историческую катастрофу, — настолько ужасную, настолько кровавую, настолько чреватую самыми неожиданными перспективами, что перед ней немеет мысль и кружится голова... В свирепствующей теперь небывалой исторической буре не только реками льется кровь, не только крушатся государства..., не только гибнут и восстают народы, — происходит и нечто другое... Крушатся старые идеалы, блекнут прежние надежды и настойчивые ожидания... А главное — непоправимо и глубоко колеблется самая наша вера в современную культуру: из-за ее устоев вдруг выглянуло на нас такое страшное звериное лицо, что мы невольно отвернулись от него с отвращением и недоумением. И поднимается неотступный вопрос: да что же такое, в самом деле, эта культура? Какая ее моральная, даже просто жизненная ценность?”.

Последующие события в Европе и в мире показали, что Л.М. Лопатин ничуть не преувеличивал значение кризисных явлений в культуре. Стало очевидно, что человек и сама культура могут развиваться совсем не так, как представлялось когда-то деятелям Просвещения и гуманистам Возрождения, что идеал саморазвивающейся творческой личности в XX веке выглядел просто утопией. Оказалось, что даже образованные люди способны на акты вандализма и массовое уничтожение себе подобных. Складывалась парадоксальная ситуация: историческое развитие продолжалось, а культурное развитие замедлялось, обращалось как бы вспять, возрождая в человеке древние инстинкты разрушения и агрессии. Эту ситуацию невозможно было объяснить на основе традиционных представлений о культуре, согласно которым она является процессом организации и упорядочивания самой истории.

Следовательно, культурология как мировоззренческая наука окончательно укрепила свои позиции в результате осознания широкими слоями общества кризисного состояния культуры начала ХХ века, так же как бум, переживаемый культурологией сейчас, объясняется кризисом состояния культуры конца ХХ в.

Проблемы религии и культуры привлекали внимание выдающегося немецкого социолога Макса Вебера. В рамках исторической социологии Вебер предпринял грандиозную попытку изучить роль протестантской этики в генезисе западноевропейского капитализма. Его работа “Протестантская этика и дух капитализма” (1904-1905) вы­звала впоследствии целую серию исследований, связанных с социологическим изучением “хозяйственной роли” мировых религий.

Другой представитель семейства Веберов, Альфред, занимался анализом кризисных явлений в культуре, настаивая на целостности мировой культуры, в противовес популярным идеям циклистов, признавая при этом наличие глубочайшего общего кризиса европейской культуры 1-ой пол. XX века.

Ощущение дискомфорта и неуверенности было настолько сильно, что опубликованный в 1918 году первый том сочинения Освальда Шпенглера “Закат Европы” был встречен с небывалым интересом. Книгу читали и обсуждали не только специалисты: философы, историки, социологи, антропологи и т.д., но и все образованные люди. Она стала неотъемлемой частью многих университетских программ. И это несмотря на существенную критику многих высказанных Шпенглером положений. Правомерен вопрос о причинах такого интереса к этому произведению. Ведь Шпенглер буквально повторил некоторые моменты из написанного на полвека раньше произведения Данилевского “Россия и Европа”, которое было замечено лишь узким кругом профессионалов.

Несомненно, что дело было в культурно-исторической обстановке. Само название “Закат Европы” звучало как нельзя более актуально. Большинство современников Шпенглера действительно ощущали, что живут в мире крушения старых привычных культурных норм, и неизбежно ставили перед собой вопрос, означает ли это конец европейской цивилизации вообще, или же является началом следующего витка в ее развитии. Читая Шпенглера, люди пытались найти ответ на мучительный вопрос о судьбе культуры.

Приведенные выше высказывания Зиммеля и Лопатина по поводу общекультурной ситуации начала ХХ столетия достаточно точно отражают суть вопроса, но для сознания обывателя все обозначенные обоими философами тонкости, возможно, и не были столь очевидны. Но и на обывательском уровне культура того времени несла в себе такое количество новшеств, что осмыслить их и выработать к ним определенное отношение было крайне сложно. А вне культурных установок человек существовать благополучно не может. Вспомним, что начало века было временем внедрения в жизнь таких явлений, как радио, телефон, телеграф, кинематограф, граммофон, временем появления автомобилей и первых летательных аппаратов, временем ломки привычных общественных структур.

Ещё большие проблемы возникали в связи с изменением установок в художественном творчестве. Культура авангарда сметала все привычные принципы творчества, некоторые из которых просуществовали безальтернативно не одно тысячелетие. Прежде всего – это принцип мемезиса, или подражания, который считался незыблемым для литературы и изобразительного искусства с древнейших времен. Например, зрители художественных выставок, привыкшие лицезреть узнаваемые изображения современников или знакомые образы природы, чувствовали себя крайне неуверенно перед полотнами кубистов или абстракционистов. До сих пор многие любители живописи предпочитают реалистическое искусство, и легко представить, какое недоумение испытывали те, кто первыми соприкоснулся с авангардистскими приёмами. Подробнее об основах модернистского искусства будет рассказано в главе, посвященной направлениям в художественной культуре ХХ века. В контексте данной главы упоминание об абстракционизме необходимо как еще один аргумент в пользу подтверждения резкого слома традиционных форм культуры, характерного для времени формирования культурологии.

Многие ученые, занимающиеся разными аспектами гуманитарных знаний, сочли для себя делом чести принять участие в создании общей теории культуры, отражающей многоаспектность и сложность этого понятия. Термин “культурология” появился не сразу. Он был внедрён примерно в 40-е гг. по инициативе американского исследователя культуры и антрополога Лесли Элвина Уайта. В работах “Наука о культуре” (1949), “Эволюция культуры” (1959). “Понятие культуры” (1973) и др. Уайт утверждал, что культурология представляет собой качественно более высокую ступень постижения человека, чем другие общественные науки, и предсказывал ей большое будущее. Он рассматривал культуру как некую целостную систему материальных и духовных элементов, а общий закон развития культуры формулировал с почти математической точностью: “Культура движется вперед по мере того, как возрастает количество обузданной энергии на душу населения, или по мере того, как возрастает эффективность или экономия в средствах управления энергией, или то и другое вместе”. Получилось так, что к тому времени, когда Уайт ввёл в обиход название, сама наука уже активно функционировала.

Вместе с тем нельзя не принимать во внимание тот факт, что культурология и по сей день остается самой противоречивой и многообразной наукой. Создать науку о культуре, равную по логичности, внутреннему единству, фундаментальности другим гуманитарным наукам, оказалось делом крайне не простым: слишком многогранен сам объект исследования. В этом причина многообразия философских подходов к объяснению как сути культуры, так и законов её функционирования.



Оглавление
Морфология и философия культуры. Этапы истории мировой культуры от возникновения до V в.
Культура как феномен
Морфология культуры. Культура и цивилизация
Своеобразие культурологии как комплексной науки
Философские концепции происхождения культуры
Философские концепции функционирования культуры
Русская культура как объект философских споров
От “доистории” к “техническому веку”. Историческая динамика культуры
Культура как мир символов. Художественный стиль как символическое выражение души культуры
Основные направленияв художественной культуре 1-ой пол. XX века.Преобразование культурных стереотипов
Культура 2-ой половины ХХ века
Все страницы