Общие закономерности развития деятельности.

Освоение любого конкретного вида деятельности подчиняется общим закономерностям развития деятельности.

Теоретик и практик в области психологии деятельности В.В.Давыдов выделяет ряд общих закономерностей развития деятельности [5]. Во-первых, существует процесс возникновения, формирования и распада любого конкретного вида деятельности (например, игровой, учебной, трудовой и т.п.). Во-вторых, ее структурные компоненты постоянно меняют свои функции, превращаясь друг в друга (например, потребности конкретизируются в мотивах, действие может стать операцией и наоборот). В-третьих, различные частные виды деятельности взаимосвязаны в едином потоке человеческой жизни (поэтому, например, подлинное понимание учебной деятельности предполагает раскрытие ее взаимосвязей с игрой и трудом, со спортом и общественно-организационными занятиями и т.д.). В-четвертых, каждый вид деятельности первоначально возникает и складывается в своей внешней форме как система развернутых взаимоотношений между людьми; лишь на этой основе возникают внутренние формы деятельности отдельного человека.

При целенаправленном и осознанном освоении любого вида деятельности следует учитывать именно эти основные психологические закономерности. Освоение деятельности, превращение индивида в субъекта деятельности означает овладение им основными структурными компонентами деятельности: ее потребностями и мотивами, целями и условиями их достижения, действиями и операциями. Применительно к конкретной деятельности речь будет идти об освоении конкретных мотивов, целей, действий и операций.

С этой точки зрения пока еще мало изучены психологические особенности процесса освоения деятельности. Такой анализ сделан в большей мере применительно к игровой и учебной деятельности. Однако пока нет больших достижений при изучении конкретных форм профессиональной деятельности и психологических закономерностей ее освоения.

Наиболее разработанными в настоящее время являются вопросы формирования конкретных умений и навыков. Хотя и здесь не прекращаются теоретические дискуссии и споры, связанные, в частности, с самим определением умений и навыков. Согласно первой трактовке, умения и навыки рассматриваются как ступени, уровни овладения человеком теми или иными действиями, выполняемыми на основе знаний. Согласно другой трактовке, умения и навыки относятся к разным действиям: автоматизированное выполнение простейших действий называется навыком; владение сложной системой психических и практических действий, необходимых для целесообразной регуляции деятельности, называется умением.

Действие - основная единица деятельности, поэтому анализ его процесса позволяет вскрыть качественно своеобразные процессуальные образования, которые содержит деятельность: ориентировку, исполнение, контроль и коррекцию. Рассмотрим каждое процессуальное образование в отдельности.

Понятие “ориентировочная часть действия” в теории планомерного формирования умственных действий является одним из наиболее важных. П.Я.Гальперин пишет: “Связь психологической и предметной части осмысленной деятельности выражается соотношением ориентировочной и исполнительной части внутри каждого действия...” [6, с.4].

П.Я.Гальперин относит ориентировку к психологическому содержанию деятельности, придает ей статус предмета, который должна изучать психологическая наука. Он указывает, что характер и успешность исполнения непосредственно зависят от ориентировочной части действия, а следовательно, при формировании умения основную задачу составляет формирование ориентировочной его части, изменения же исполнительной части являются вторичными.

В то же время в теории планомерного формирования отсутствует строгое определение понятия “ориентировочная часть действия”, в котором бы указывалось, какие признаки оно включает в себя, а также характер их связи. Анализ текстов работ П.Я.Гальперина позволяет установить, что под термином “ориентировочная часть” действия (или “ориентировочная деятельность”, “ориентировка”) подразумевается некоторая комплексная реальность, содержащая два разных вида процессов. Во-первых, это то, что составляет процесс генеза умения выполнять некоторое действие, который предполагает усвоение или самостоятельное открытие его процедуры; во-вторых, данное понятие отражает процесс получения субъектом информации об обстоятельствах, в которых ему предстоит выполнять данное действие. При этом П.Я.Гальперин делает акцент в одних случаях на первом, в других на втором виде процессов. Во “Введении в психологию” читаем: “Эта ориентировочная деятельность заключается в том, что субъект производит обследование ситуации, содержащей в себе элементы новизны, подтверждает или изменяет смысловые и функциональные значения объектов, примеривает и видоизменяет свои действия, намечает для них новый или подновленный путь; далее, в процессе исполнения, приходится активно регулировать ход действий по этим несколько измененным и, следовательно, обновленным... значениям объектов” [7, с.88, 89]. П.Я.Гальперин приводит ряд демонстрационных примеров реализации ориентировки. Особенно наглядной является ориентировка во внешней материальной форме. Так, лиса пробует лапой устойчивость доски, по которой она должна пройти. Это - ориентировочное движение, его функция - определить возможность перемещения. Здесь обследование ситуации выступает как основная функция, отраженная в понятии “ориентировка”. Желая охарактеризовать сущность ориентировки и подчеркнуть ее отличие от исследования, П.Я.Гальперин говорит, что главное - это обследование ситуации, в которой предстоит выполнить действие. Однако он тут же добавляет, что даже у животных ориентировка не ограничивается обследованием ситуации. После этого должны быть произведены оценка различных объектов с точки зрения их значения для актуальных потребностей животного, выяснение возможных способов действия, а также управление самим ходом исполнения.

Правда, в данном случае П.Я.Гальперин говорит не об ориентировочной части действия и даже не об ориентировочном действии, а об ориентировочной деятельности. Однако в этом контексте их различие несущественно, поскольку речь идет о функции ориентировки вообще. Когда П.Я.Гальперин пишет об ориентировочной части действия, имеет место такое же объединение двух различных функций. При этом в текстах его работ можно встретить акцентирование то одного, то другого вида процессов ориентировки, описанных выше. Примером является даваемая им характеристика изменений действия по одному из параметров, когда отдельные операции начинают сокращаться; прежде всего это касается ориентировочных операций. Анализ этих текстов приводит к заключению, что под ориентировочной частью П.Я.Гальперин имел в виду не генез умения выполнять соответствующее действие, а именно обследование ситуации как начальную часть этого действия.

Понятие исполнительной части действия в основном совпадает с понятием исполнительной части в теории поэтапного формирования умственных действий. Нужно иметь в виду, что реализация ориентировочной (афферентной) части действия может потребовать от субъекта выполнения некоторого исполнительного акта, направленного на получение информации извне. Интересно, что один и тот же акт часто выступает и как исполнительная, и как ориентировочная часть действия. Это становится понятным, если учесть отмечавшуюся выше возможность получения субъектом различных продуктов в качестве следствий выполнения одного действия. Последнее может не только дать деловой продукт, но и стать источником сведений о свойствах объектов, которые являются его предметом или средством, и о собственных возможностях человека как субъекта действия. В этом случае действие выступает в качестве акта ориентировки. Правда, этот акт является ориентирующим по отношению не к самому себе, а к другому акту, выполняемому вслед за ним.

Контрольная часть действия является своеобразным продолжением ориентировки. Субъект получает информацию об адекватности выполняемого им варианта процедуры исполнения и о том, соответствует ли полученный им результат (промежуточный или конечный) намеченному. Эту информацию он использует для того, чтобы привести себя в состояние готовности к следующему действию или корректированию данного действия. Таким образом, если ориентировочная часть действия выполняется для того, чтобы получить информацию об исходных структурных моментах действия, то контрольная часть - чтобы получить информацию о промежуточном продукте и о собственных движениях - их характере и последовательности. В этом отношении контроль дополняет ориентировку, и его следует также считать органической частью действия.

Если бы субъект мог безукоризненно выполнить ориентировочную часть действия, то он принял бы вполне адекватное решение о характере исполнительной части и в результате ее осуществления имел бы желаемый продукт. В этом случае контроль был бы ненужным. Однако это идеализированная ситуация. В действительности человек часто совершает ошибки в процессе ориентировки. Он может недостаточно хорошо выявить свойства предмета действия, его орудий, не учесть всех возможных возмущающих воздействий со стороны внешнего окружения, переоценить собственную ловкость или физическую силу, память, внимание и т.д. В результате он неправильно выбирает способ исполнения. Отсюда следует необходимость контроля в ходе действия.

Контроль, так же как и ориентировка, имеет достаточно сложный операциональный состав. Во-первых, деятель должен воспринять информацию о характере выполняемых им операций и о свойствах полученного продукта. Затем он должен сравнить эту информацию с нормативной информацией, характеризующей заданные движения и продукт (она представлена в ориентировочной основе действия), и сделать заключение об их соответствии или несоответствии. Конечным результатом контрольной части действия, так же как и ориентировочной, является актуальная готовность к выполнению следующего действия (при нормальном течении процесса) или к выполнению корректировочного акта (если в процессе и промежуточном продукте обнаружены отклонения) с выбором типа коррекции. Вслед за контролем субъект должен также осуществить еще один акт ориентировки в обстоятельствах действия - переориентировку.

Сделаем одно уточнение. Не всегда субъект имеет возможность получить информацию о качестве продукта своего действия. В этих случаях он должен ограничиваться фиксацией характера движений орудия или собственных органов. По такой информации он опосредованно заключает о характере наиболее вероятных изменений в предмете (продукте) своих действий. Например, лектор обычно не получает достаточной информации о достигаемых в ходе лекции результатах, не может с достоверностью определить, усваивается ли слушателями учебный материал. Ему остается только догадываться об этом на основании главным образом рефлексии собственных речевых действий и выразительных движений.

Корректировочная часть действия является ни чем иным, как повторным исполнением. Оно, однако, осуществляется в условиях, когда имеется не исходный предмет (сырой продукт), а полуфабрикат и, возможно, несколько изменились другие условия выполнения действия. Субъект должен переделать испорченный продукт либо заново сделать его из исходных материалов.

Контроль является необходимым компонентом всякого действия, а коррекция нужна не всегда, а только при несовпадении имеющихся и запланированных характеристик процесса и продукта. Можно, однако, сказать, что коррекция есть также необходимая часть действия, которая может принимать, в частности, “нулевое значение”.

Итак, действие включает в себя ориентировочную, исполнительную, контрольную и корректировочную части, причем таких циклов может быть достаточно много. Важно отметить тот факт, что контроль обычно выполняется на основе предварительно поставленной цели; что же касается коррекции, то сопоставление осознаваемого образца нормативных операций определенного акта и его нормативных результатов всегда является условием его успешного выполнения. Это еще раз подтверждает факт несовпадения леонтьевского понятия “действие” и этого же понятия у П.Я.Гальперина: в одном случае оно выделено по принципу наличия цели как осознаваемого образа результата действия, а в другом - по предметному содержанию, хотя и в самом общем виде. При неразличении этих критериев в случае, когда контроль является целенаправленным актом, мы получаем феномен “действие внутри действия”.



Оглавление
Строение и социокультурная регуляция деятельности.
ВЫСШИЕ ПСИХИЧЕСКИЕ ФУНКЦИИ И ИХ СОЦИАЛЬНАЯ ПРИРОДА.
Человек и природа.
Человек и его собственная психика.
Генетические аспекты.
* * *
Основные понятия и принципы психологической теории деятельности.
Мотивационно-личностные аспекты деятельности.
Общие закономерности развития деятельности.
Литература
Человек и его изучение в психологии.
Субъект и природная среда.
Индивид и общество.
Личность.
Общее представление о развитии личности.
Индивидуальность человека.
Литература.
Все страницы